«Счастье — это быть в ладу с самим собой». 85 лет со дня рождения Валерия Золотухина
Замечательному русскому артисту Валерию Золотухину 21 июня исполнилось бы 85 лет. Он ушел из жизни тринадцать лет назад, но до сих пор остается одним из самых любимых, родных и одновременно трагических героев отечественной культуры. Вспоминая о Золотухине, его коллеги и близкие говорят не столько о ролях, сколько о феноменальной жажде жизни, которая не угасала даже в самые трудные дни. Подробнее — в материале MIR24.TV.
Валерий Золотухин родился в алтайском селе Быстрый Исток 21 июня 1941 года — ровно за день до начала Великой Отечественной войны. Словно сама судьба подарила ему это пограничное состояние — между миром и катастрофой, между сказкой и суровой явью. Детство Золотухина было непростым: мальчик тяжело переболел костным туберкулезом, несколько лет провел в больницах и санаториях, перенес мучительные операции, после которых остался хромым.
Казалось, дорога в артисты для хромающего деревенского паренька закрыта навсегда, но Золотухин с ранних лет отличался редкостным упрямством.
«Я вдруг понял, что могу все перебороть, — вспоминал он позже в своем дневнике. — Захочу — и перестану хромать, захочу — стану артистом».
Он действительно победил хромоту, разрабатывая ногу ежедневными многочасовыми упражнениями, и в 1958 году уехал в Москву, где с первой попытки поступил в ГИТИС.
Студента Золотухина сразу заметили. Уже на третьем курсе его пригласили в Театр имени Моссовета, где он сыграл свои первые роли. Но настоящая судьба ждала его в 1964 году, когда молодой режиссер Юрий Любимов пригласил Золотухина в только что созданный Театр на Таганке. Это была встреча, определившая целую эпоху.
На Таганке собралась удивительная плеяда: Владимир Высоцкий, Алла Демидова, Вениамин Смехов, Леонид Филатов, Иван Бортник. И в этом созвездии Валерий Золотухин занял совершенно особое место.
«Он был нашим общим братом, нашим солнышком, — рассказывал много лет спустя Вениамин Смехов. — Абсолютная органика, помноженная на невероятную искренность. Он не играл — он проживал каждый миг на сцене так, что у зрителя перехватывало дыхание».
В театре Золотухин переиграл множество ролей, каждая из которых становилась событием. Его Моцарт в спектакле «Моцарт и Сальери» потрясал пронзительной чистотой и детской незащищенностью перед миром, а Федор Кузькин в горькой, почти библейской повести Бориса Можайского «Живой» — это был уже совсем другой Золотухин: усталый, забитый нуждой мужик, который вопреки всему сохраняет душу живой.
«Валера был настоящим самородком, каких я больше не встречала, — вспоминая совместные годы в театре, признавалась актриса Алла Демидова. — Ему ничего не надо было объяснять — он просто выходил и забирал весь зал своей колоссальной природной энергией. Пел так, что мурашки по коже, плясал так, что сцена ходуном ходила, а в трагических сценах, таких как в «Живом», стояла звенящая тишина, и зрители плакали».
Юрий Любимов, строгий и требовательный мастер, особо выделял Золотухина:
«Валерий обладал уникальным актерским аппаратом — он мог делать на сцене практически все. И трагедию, и буффонаду, и высочайшую поэзию».
Огромную зрительскую любовь принесли Золотухину роли в кино. Кинематограф с самого начала видел в нем идеального героя — простого, обаятельного, с вечной хитринкой во взгляде, но внутренне очень чистого и цельного. Первым по-настоящему большим успехом стала роль участкового Сережкина в детективе «Хозяин тайги» (1968). История о краже золота с прииска так полюбилась зрителям, что режиссер Владимир Назаров снял продолжения — «Пропавшая экспедиция» (1975) и «Золотая речка» (1976), где персонаж Золотухина мужает, но не теряет своей человечности и негромкой отваги. В 1968 году Полтавский снял и еще один фильм с его участием — дерзкую картину «Интервенция», где Золотухин сыграл одесского подпольщика Илюху Коськова. Фильм положили на полку почти на два десятилетия, но когда он все-таки вышел на экраны, стало ясно: здесь актер ходит по лезвию ножа между комедией и почти античной трагедией, и делает он это блестяще.
Но подлинно культовой стала роль Бумбараша в одноименной музыкальной трагикомедии 1971 года. Солдат, вернувшийся с фронтов Гражданской войны в родное село и мечтающий только о тишине и любви, в исполнении Золотухина превратился в символ целого поколения — растерянного, измученного, но не утратившего совести. Песни из фильма — «Наплевать, наплевать…», «Журавль по небу летит», «Ах, Настасья ты, Настасья» — запела вся страна. Это был тот редкий случай, когда драматический актер становится народным именно благодаря тому, как он поет, смеется и плачет в кадре.
Вслед за «Бумбарашем» последовали другие заметные работы: чудаковатый и трогательный красноармеец Иван Бровкин в фильме Александра Митты «Сказ про то, как царь Петр арапа женил» (1976), где дуэт Золотухина и Высоцкого (игравшего Ибрагима) стал украшением картины; измученный совестью Сергей Голубков в булгаковском «Беге» (1970) у Александра Алова и Владимира Наумова — роль, требовавшая предельного эмоционального накала и полного погружения в трагическую атмосферу гражданской войны. На экране Золотухин умел быть одновременно простым и бездонно глубоким — редкое качество, которое обеспечило ему пожизненную любовь зрителя.
Сам Валерий Сергеевич помимо театра и кино состоялся и как писатель. Его дневники, опубликованные под названием «Дребедень», стали бесценным документом эпохи — честной, иногда горькой, иногда веселой исповедью человека, который проживал каждый день с максимальной полнотой. На этих страницах он размышляет и о великих ролях, и о дружбе с Высоцким, и о нелегкой личной судьбе.
Судьба эта оказалась к нему во многом беспощадна. Официально актер был женат дважды. Старший сын Денис, рожденный в браке с актрисой Ниной Шацкой, стал священником. Второй брак, со скрипачкой Тамарой Гусевой, казалось бы, долгий и счастливый, внезапно разрушился. Во многом причиной тому стала трагическая гибель сына Валерия и Тамары — Сергея, барабанщика группы «Мертвые дельфины». Эта потеря навсегда осталась в сердце Валерия Сергеевича незаживающей раной.
Позже он встретил новую любовь — актрису Ирину Линдт, которая родила ему сына Ваню и была рядом до последних дней. Ирина и сегодня, спустя годы, говорит о Золотухине с неизбывной нежностью:
«Он был человеком огромной души и колоссальной любви к жизни. Даже когда болезнь уже отнимала последние силы, Валерий работал, писал, шутил, строил планы, старался как можно больше времени проводить с маленьким Ваней. Он верил, что жизнь не кончается».
В 2011 году врачи диагностировали у Золотухина тяжелое онкологическое заболевание. Он проходил лечение, но не прекращал выступать на сцене и заниматься делами театра: в последние годы жизни он даже возглавил родной Театр на Таганке после ухода Юрия Любимова, взяв на себя тяжкий груз административных и художественных проблем. «Не могу сидеть без дела, пока дышу», — повторял он.
Валерия Золотухина не стало 30 марта 2013 года. Живы его роли, песни, его пронзительная интонация. Живы воспоминания друзей и строки дневников, где он честно ответил на вопрос о самом главном:
«Счастье — это быть в ладу с самим собой, жить по совести и любить, ни на кого не оглядываясь. Тогда все получится».
У Валерия Золотухина, вопреки всем утратам и испытаниям, получилось прожить именно так.