На телеканале «МИР» начинается показ советской комедии «Где находится нофелет?». Для тех, кто вырос уже после распада СССР, этот фильм становится своеобразным окном в повседневную жизнь советской эпохи, с ее привычками, дефицитом и бытовыми трудностями. В самом начале киноленты в Москву к родственникам приезжает Геннадий, которого блестяще сыграл Александр Панкратов-Черный, и его цель может показаться неожиданной: он едет покупать мебель. Рассказываем, почему в СССР мебель нужно было не столько купить, сколько добыть. И на какие ухищрения шли покупатели ради обретения дивана или «стенки».
Смотрите фильм «Где находится нофелет?» в пятницу 26 июня в 21:25 и в воскресенье 28 июня в 6:40 на телеканале «МИР»
Что предлагали магазины? Секреты популярности импортной мебели
В советское время покупка мебели была не бытовой рутиной, а почти отдельным жанром жизни – с очередями, связями, поездками в другой город и обязательной долей везения. Мебель не просто покупали: ее доставали, а само это слово многое говорит о системе, где спрос почти всегда опережал предложение. Красивая стенка, диван, гарнитур для кухни или прихожей могли стать семейной легендой – особенно если ради них приходилось неделями обходить магазины, ждать, когда в магазине «выбросят» товар или просить знакомых свести с «верным человеком».
Ассортимент в магазинах был бедным и однообразным. В свободной продаже встречались самые простые и неказистые шкафы, столы, стулья, кровати, тумбочки. Отделка была скромной: лак и полировка, стандартные цвета, штампованная фурнитура. При этом минимум выбора и никаких украшений или дизайнерских решений.
Импортная мебель почти не попадала в массовую продажу. В СССР она считалась признаком достатка и хорошего вкуса. Ее поставляли в основном из стран социалистического лагеря – ГДР, Чехословакии, Румынии, Болгарии, Венгрии, Югославии и Польши.
Особенно ценились мебельные стенки – так назывались наборы корпусной мебели, которые обычно ставили вдоль одной стены в гостиной, спальне или кабинете. В такой комплект могли входить шкаф для одежды, сервант, полки для книг, отделение под телевизор, бар или витрина для посуды. Мебельная стенка считалась удобной, вместительной и «солидной», а еще помогала обустроить квартиру в едином стиле. Стенки делали модульными, из нескольких секций, которые можно было собрать в разном порядке. Для многих семей такая мебель была не просто предметом интерьера, а важным символом успешности и благополучия.
Зарубежная мебель заметно отличалась от массовых отечественных образцов, прежде всего – более продуманным дизайном и лучшей отделкой. У нее чаще встречались натуральный шпон, аккуратная фурнитура, удобная компоновка секций и детали, которые делали вещь не только функциональной, но и визуально более «легкой» и современной. Импортные стенки, гарнитуры, диваны и отдельные предметы обстановки воспринимались как предметы из другого, более комфортного мира: они выглядели элегантнее, были удобнее в повседневном использовании и сразу подчеркивали статус хозяев дома.
Почему импортную мебель надо было «доставать» и как это делали
Однако купить красивую современную мебель было непросто: завозили ее ограниченными партиями, а спрос почти всегда был выше предложения. Хорошие стенки, шкафы, кресла и гарнитуры быстро раскупались, а часть товара сразу распределялась по спискам, через ведомственные каналы или «по знакомству». Для обычного покупателя это означало, что прийти в магазин и спокойно выбрать нужный комплект было практически невозможно.
Доступ к импортной мебели зависел не только от денег, но и от связей, места работы и везения. О завозе партии мебели узнавали по слухам, через друзей, коллег или благодаря звонку «своего человека» – как правило, работника магазина, с которым нужно было заранее установить контакт и финансово заинтересовать его. За редким товаром нередко выстраивались очереди по записи: нужную стенку или гарнитур приходилось ждать месяцами.
Поэтому покупка мебели превращалась в целую операцию: нужно было вовремя узнать, где и что «выбросили», успеть занять очередь, оказаться среди нескольких счастливчиков, которым мебели хватило, совершить покупку, договориться о доставке и так далее.
Именно поэтому покупка мебели воспринималась как настоящая удача и важный этап в жизни семьи. Сам факт, что ее удалось раздобыть, уже говорил о настойчивости хозяев, их связях и умении преодолевать советскую систему дефицита. В этом и заключалась особая ценность таких покупок: они были значительной бытовой победой.
Самым распространенным способом «охоты» за мебелью была очередь. Иногда люди записывались заранее, иногда дежурили у дверей с раннего утра, а иногда просто приезжали «на удачу», если кто-то сообщал о завозе. В те годы слово – «выбросили» – стало почти официальным обозначением внезапного появления дефицитного товара в продаже.
Иногда за мебелью приходилось ехать в другой город или областной центр. Нужно товар мог быть в наличии не там, где человек жил, а где-то за сотни километров. Многие до сих пор помнят семейные истории о таких экспедициях: ехали за шкафом на поезде, за диваном – на грузовой машине, выделенной в сельсовете, за стенкой – в товарном вагоне «по договоренности». Нередко покупка превращалась в логистический квест: нужно было не только найти мебель, но и где-то ее временно хранить, оформить документы и доставить домой без повреждений.
В советской системе многое решали знакомства. Могли помочь сотрудники магазина: продавец, кладовщик, завскладом, снабженец, директор магазина. Иногда помощь оказывали за обычную благодарность: дефицитные продукты, коньяк, коробку хороших конфет. Иногда – за более серьезные услуги, от ремонта до поставки дефицитных запчастей, а иногда просто по дружбе.
Типичные истории того времени звучали примерно так: «Без знакомого завмага мы бы никогда не купили кухонный гарнитур». Другой вариант: «Муж у сослуживицы работал на складе, и только поэтому нам отложили диван». Такие истории показывают, что мебель была не только предметом быта, но и своеобразной валютой социального капитала.
Почему это запомнилось
Почти каждая мебельная покупка сопровождалась приключенческими историями и преданиями, которые потом долго рассказывали друзьям и знакомым. Кто-то, отстояв длинную очередь, узнавал, что нужный шкаф уже «отложили» для кого-то еще. Кто-то радовался покупке, а потом обнаруживал, что шкаф не проходит в дверь подъезда или диван не помещается в лифт. Дальше следовала история, как мебель поднимали на веревках и доставляли в комнату через окно. Чтобы избежать таких рискованных решений, семьи заранее измеряли рулеткой не только комнату, но и коридор, лестничную клетку и ширину дверных проемов.
Многие вспоминают почти анекдотические сцены. Такие истории можно найти и на просторах интернета. Один из героев рассказывал, как они с отцом везли купленный шкаф на крыше «Москвича», привязав его веревками, и всю дорогу боялись, что он слетит на повороте. Другая женщина вспоминала, как ради двух кресел пришлось ночевать у родственников в другом городе: «С утра сказали, что мебель дадут только тем, кто уже стоит в очереди. Мы встали в пять утра и не зря – к обеду ничего уже не осталось». Были и такие случаи: купили сервант, а домой привезли без одной полки; искали недостающую деталь месяцами, раздобывали ее через знакомых и работников магазина.
А для кого-то история покупки мебели связана с романтическими воспоминаниями. «Мы с мамой везли в наш город купленную в Москве мебель в товарном вагоне, – вспоминает Татьяна Карпачева. – До сих пор я благодарна маме, что она взяла меня, одиннадцатилетнюю, в эту удивительную поездку. Мы ехали целую неделю, поскольку товарный состав все время переформировывали, и наш вагон по 5-6 часов стоял на путях. Там, где товарняк шел медленно, мы отодвигали тяжелую дверь, и я сидела, свесив ноги наружу. А купленная тогда чешская стенка оказалась очень прочной и до сих пор стоит в родительском доме, напоминая мне о детстве».
Мебельный дефицит в СССР – это история не только о нехватке товаров, но и о том, как люди приспосабливались к системе. Покупка шкафа или дивана становилась коллективным делом: подключались родственники, коллеги, соседи, продавцы, а иногда и совершенно случайные знакомые. В этих бытовых приключениях было место и досаде, и юмору, и чувству победы.
Поэтому старые мебельные истории до сих пор вспоминают как маленькие легенды о советской повседневности. В них есть все: надежда, очередь, поездка, дефицит, удача и непременный финал – новый диван или стенка, добытые с таким трудом, будто это был не предмет интерьера, а боевой трофей.