Президент Монголии уходит в отставку. Что ждет страну и как изменится внешняя политика?
Президент Монголии Ухнаагийн Хурэлсух объявил о своей отставке. Такое решение он принял на фоне обвинений в коррупции. Как сообщается, уже 19 ноября Парламент Монголии вынесет решение по отставке президента страны. В эксклюзивном интервью MIR24.TV политолог Кирилл Казаков рассказал, что может измениться во внешней политике Монголии при новой власти.
Что стоит за отставкой президента?
«Заявление президента Монголии Ухнаагийна Хурэлсуха о намерении уйти в отставку на фоне коррупционного скандала вокруг строительства железной дороги закономерно привлекло внимание международных наблюдателей. В подобных ситуациях в медиапространстве нередко возникает соблазн искать «внешний след» и строить прогнозы о резкой смене внешнеполитического вектора страны в случае победы оппозиционной Демократической партии на предстоящих внеочередных выборах».
Однако анализ политической культуры и интересов самой Монголии показывает, что оснований для таких сценариев немного. Улан-Батор выстраивает свою внешнюю политику исходя из собственных национальных интересов, опираясь на многолетнюю традицию добрососедства и прагматичного баланса.
Прежде всего, нынешний кризис развивается преимущественно как внутренний. В отличие от резонансных протестных акций в той же Сербии или ряде других государств, в открытых источниках по монгольским событиям не приводится подтвержденных данных о внешнем вмешательстве.
«Монголия — парламентская республика с конкурентной политической системой, где дискуссии вокруг распределения доходов от сырьевого сектора и реализации крупных инфраструктурных проектов регулярно приводят к кадровым перестановкам», — отмечает политолог.
Скандал вокруг угольной магистрали Таван-Толгой — Гашуунсухайт разрешается через институциональные процедуры: 16 ноября оппозиционная Демократическая партия потребовала отставки президента и парламентского расследования, инициативу поддержали 42 депутата.
«Отставка президента и главы администрации правительства выходит за рамки ординарных кадровых перестановок, но пока переводится в правовое русло», — добавляет в интервью Казаков.
Даже если на внеочередных выборах победу одержит кандидат от Демократической партии, фундаментальный внешнеполитический курс Улан-Батора останется преемственным.
Как Монголия сохранит стратегический курс?
Продолжая разговор, политолог отмечает, что экономико-географическое положение Монголии определяет естественную логику ее развития: страна расположена в самом центре Евразии между Россией и Китаем, не имеет выхода к морю и заинтересована в устойчивом торгово-экономическом и энергетическом взаимодействии со своими ближайшими соседями.
«Демократическая партия, придерживающаяся правоцентристских и рыночных взглядов, традиционно делает акцент на концепции «третьего соседа» — развитии равноправных деловых связей с США, Евросоюзом, Японией и Республикой Корея для привлечения инвестиций и технологий. Но для монгольского руководства этот вектор всегда служил дополнением, а не альтернативой стратегическому партнерству с Москвой и Пекином», — подчеркивает Кирилл Казаков.
И постсоветский опыт это наглядно подтверждает.
Демократы неоднократно возглавляли правительство и занимали президентский пост — при Цахиагийне Элбэгдорже и Халтмаагийне Баттулге, — и каждый раз Улан-Батор сохранял конструктивные и взаимовыгодные отношения с Россией, хотя периоды охлаждения и сложных переговоров имели место.
В партии есть разные акценты, но общий прагматичный курс ориентирован на внутреннее экономическое развитие и защиту национальных интересов, а не на пересмотр базовых основ сотрудничества с соседями, считает аналитик.
Отдельные резкие заявления того же Элбэгдоржа в значительной мере отражают его личную позицию как политика в отставке, работающего на западную аудиторию. Современная Демократическая партия под руководством Одонгийна Цогтгэрэла сосредоточена на задачах внутреннего экономического развития и защиты национального бизнеса.
«Рассуждения о возможном появлении на монгольской территории иностранных военных баз не имеют подтвержденной основы. Во-первых, это противоречит суверенному выбору самого монгольского народа: внеблоковый статус и запрет на размещение иностранных войск закреплены в базовых законах государства. Во-вторых, подобный сценарий был бы крайне затруднен даже с точки зрения логистики. Монголия граничит исключительно с Россией и Китаем, и снабжение любой гипотетической базы третьих стран потребовало бы использования российского или китайского воздушного и наземного пространства», — разъясняет эксперт.
Политические перестановки в Улан-Баторе не ставят под сомнение реализацию крупных совместных инициатив, включая проект транзитного газопровода «Союз Восток».
В парламентской системе Монголии вопросы инфраструктуры и экономики находятся в ведении правительства, а значение этой магистрали — как источника бюджетных поступлений и инструмента решения экологических задач столицы — разделяют все ведущие партии страны по существу.
«Таким образом, возможный приход к власти представителей Демократической партии не приведет к пересмотру основ российско-монгольского партнерства, — подводит итог в разговоре политолог Кирилл Казаков. — Речь может идти лишь о более сдержанной дипломатической риторике и предметном коммерческом диалоге по условиям совместных проектов».
В остальном Монголия продолжит следовать своему выверенному курсу — как суверенное государство, которое дорожит своей независимостью и выстраивает уважительные, взаимовыгодные отношения со всеми партнерами.
