Жизнь вне системы. Кто такие фарцовщики и какую роль они играли в СССР?
Во все времена люди стремились выглядеть стильно, и советское поколение не было исключением. Однако одежда, представленная в магазинах СССР, хоть и была добротной, безнадежно отставала от мировых трендов.
На этом фоне в конце 1950-х годов в стране зародилось целое движение — фарцовка. Эти люди брали на себя риск удовлетворять жажду сограждан на импортный дефицит, хотя их деятельность преследовалась по закону вплоть до реальных тюремных сроков. Откуда «рыцари наживы» брали товар, как работали подпольные каналы сбыта и какими хитростями спекулянты обходили советское правосудие?
В фильме «Самая обаятельная и привлекательная» есть сцена, где Сусанна знакомит главную героиню Надю Клюеву (Ирина Муравьева) с фарцовщиком.
В его квартире, полной зарубежных диковинок, играет западная эстрада. Сам он, невероятно лощеный, одет в модный вельветовый костюм-тройку. Предлагая свой товар, он говорит: «Смотри, Сусанночка, какой коттон, какие лейблы!» А когда героиня не решается сделать выбор, шепчет: «Кого ты мне привела, Сусанна! Она что, с Урала?» – и предлагает героине примерить наряд от Пьера Кардена.
Смотрите фильм «Самая обаятельная и привлекательная» в воскресенье, 15 февраля, в 14:35 на телеканале «МИР».
«Оборачивались все!» Секреты модного «самошвея» и подпольный экспорт в СССР
Одной из главных причин недостатка модной одежды в СССР было отсутствие свободного рынка. Государственное регулирование цен и распределение ресурсов приводили к дефициту качественных материалов и современных технологий пошива. На заводах легкой промышленности стояло старое оборудование, а отсутствие конкуренции делало логичным изготовление недорогих, стандартных моделей одежды, которые отшивали миллионными партиями.
Советские модницы находили выход: они создавали модные вещи с помощью подручных средств. Платья, блузки, юбки шили из занавесок, павлопосадских платков, даже из скатертей!
«Жены офицеров шили себе наряды из качественной мягкой шерсти, которую выделяли их мужьям на пошив парадных мундиров, – рассказывает жительница Санкт-Петербурга Ольга. – Особенно ценилась шикарная молочно-белая шерстяная ткань, которая шла на мундиры офицеров-моряков. Помню, мне перепал отрез такой ткани от мужа моей сестры, который был подводником. Из него я сшила умопомрачительный остромодный костюмчик, в котором щеголяла на международной выставке».
«Мы в 1980 годы были студентками, и с девчонками-однокурскицами шили себе почти все, – рассказывает москвичка Татьяна. – Модные костюмы, брюки, юбки, даже пальто! Мы, как заправские дизайнеры «на глазок» дорабатывали топорные советские выкройки, а кое-что выдумывали и дополняли прямо в процессе примерки».
«Помню, что верхом моего мастерства стала куртка, собранная из обрезков кожи, и ярко-розовый плащ-макси: приталенный, с ассиметричной кокеткой, которая при быстром движении эффектно летела вслед за мной. Оборачивались все! А вот на попытке сшить бюстгалтер «Анжелика», как у героини популярных тогда французских кинофильмов, мы потерпели фиаско. В первую очередь потому, что не нашли подходящих для этого материалов».
Единицы девушек того времени одевались куда эффектнее, чем «самошвеи», хотя шить не умели. Зато у них был доступ к фарцовщикам и возможность втридорога покупать импортные вещи.
«Те, кто не жил в СССР, не понимают, чего стоило в те годы достать вожделенные импортные вещи. Дефицитом было все. А доходы населения при этом в 1970-1980 годы были уже неплохими, и потребности росли. На этой волне в стране и появились фарцовщики – спекулянты, специализирующиеся на импорте. Они были в каждом крупном городе».
Эпоха фарцовщиков в СССР началась сразу после проведения в Москве Всемирного фестиваля молодежи и студентов летом 1957 года. И продлилась более 30 лет.
Откуда фарцовщики брали импортные товары?
«У фарцовщиков можно было купить почти все, – продолжает преподаватель вуза. – Заграничными вещами их снабжали так называемые «выездные»: моряки, стюардессы, дальнобойщики, дипломаты, артисты, специалисты, работающие за границей на совместных предприятиях».
Правда, купить валюту в СССР и потратить ее за рубежом было нельзя, такая деятельность считалась противозаконной. За валютные операции запросто можно было угодить в тюрьму. Но те, кто бывал за рубежом, знали, какие российские товары там ценятся. И вывозили их с собой, выручая за них валюту. Беспроигрышными товарами для таких операций были черная икра, водка «Столичная», шоколад, часы брендов «Победа», «Полет», «Слава» и «Командирские». А также советские фотоаппараты «Зенит» и компактные модели радиоприемников.
Выручив валюту, граждане закупали за рубежом и везли обратно в СССР модную одежду и другие товары. Наибольшим спросом пользовались американские джинсы, японские магнитофоны, итальянские сапоги, косметика, записи с западной эстрадой и многое другое.
Для дипломатов, сотрудников внешторга и других лиц, работавших за рубежом, действовали другие правила: они получали зарплату валютой уже на месте, и могли купить на нее импортные товары, которые привозили в СССР. Все это с выгодой сбывалось фарцовщикам, которые потом продавали импортные вещи еще дороже, чем купили.
Также фарцовщики выменивали импортные вещи у иностранных туристов на отечественные диковинки. Кроме уже упомянутых отечественных товаров, у иностранцев высоко ценились ювелирные украшения, иконы, фарфоровая посуда, антиквариат. Пользовались спросом и советские сувениры: пионерские галстуки, значки с советской символикой, солдатские ремни и фуражки, расписные шкатулки, матрешки, кроличьи шапки-ушанки.
Конечно, открыто тереться около иностранных туристов было нельзя. Фарцовщики и не занимались этим сами. Мелочевку выменивали у гостей студенты или подростки, которым за это не грозила уголовная ответственность. За значки, цена которым копейка, они выменивали у иностранцев жвачки, зажигалки, авторучки и многое другое. Сдавали все фарцовщику и получали – 5-10 рублей в день. Солидные деньги, если учесть, что зарплата инженера была в среднем 120 рублей в месяц.
Более крупные партии товара – например, импортные джинсы, дубленки, электронику – у иностранных туристов выменивали или покупали другие посредники: таксисты, горничные, бармены, администраторы отелей, гиды.
Доходило до того, что некоторые иностранцы занимались поставкой товаров в Советский Союз на постоянной основе. Это было прибыльно. Так, 10 банок черной икры, привезенные из СССР, после продажи за рубежом окупали все расходы на поездку, включая приобретенные для обмена вещи. Все, что удавалось привезти из России сверх того, было чистой прибылью. Поэтому иностранные туристы и фарцовщики быстро находили друг друга и создавали маленький бизнес.
Некоторые туристы приезжали даже несколько раз в месяц, привозили вещи под заказ и становились оптовыми покупателями-поставщиками, устанавливая тесные связи с отечественными спекулянтами. Работали они, как правило, с ограниченным количеством крупных фарцовщиков.
Опасность работы и особый сленг нелегальных торговцев
Фарцовка была подпольной деятельностью. Тех, кто занимался ею, могли привлечь к уголовной ответственности за спекуляцию или за валютные операции, часто сопутствовавшие фарцовке. Спекулянтов жестко наказывали, назначая им срок от двух до семи лет колонии с конфискацией имущества. Также специально для борьбы с фарцовщиками была введена административная ответственность «за приставание к иностранцам».
Несмотря на опасность ареста и наказания, многие молодые люди занимались фарцовкой, стремясь хорошо заработать на этом выгодном деле.
«В советском кино всегда изображают спекулянтов и фарцовщиков так: темные итальянские очки, джинсовый комплект, сигарета Marlboro и жвачка, – вспоминает публицист Галина Иванкина. – Нужно показать зрителю, что он, гад такой, променял на шмотки наши советские свершения. На самом деле они выглядели минимально ярко. Дома могли щеголять в чем угодно, но на дело они выходили максимально скромными, чтобы слиться с советскими трудящимися».
В среде фарцовщиков существовал собственный сленг. С его помощью участники этого специфического рынка узнавали друг друга и защищались от утечки информации. В то время универсальным языком общения с иностранцами считался английский, и в своем сленге фарцовщики использовали искаженные английские слова или производные от них. Например, именно фарцовщики начали называть обувь – «шузами», валюту «капустой», доллары – «зеленью» или «гринами», а фирменные вещи – «фирмой», с ударением на последний слог.
Себя они называли «утюгами». Мальчишек, которые клянчили у иностранных гостей сувениры, называли «утюжонок» или же «пурукумщик» – от названия жевательной резинки на финском – purukumi.
Представители разных стран тоже имели свои названия: туристы из ФРГ – бундеса, из ГДР – дедероны. Югославов называли югами, итальянцев – алерами, американцев – штатниками, финнов – турмалайненами. Комиссионный магазин назывался у них комок, подделка – самострок, швейцарские часы – дельбаны с крестом.
«Этимология самого понятия «фарца» имеет несколько взаимоисключающих версий, – рассказывает Ирина Денисова. – Согласно первой, это не что иное, как искаженный вариант английского словосочетания «для продажи» – «for sale», с таким вопросом обращались к приезжающим иностранцам (так, к примеру, считает писатель Борис Тимофеев). По другой версии– его корни восходят к южнорусскому словечку «форец», обозначавшему красноречивого господина, который легко сбивает цену на одесском рынке, к данной версии склоняется исследователь Дмитрий Васильев».
Откуда брались и куда потом исчезли фарцовщики?
Кого только не было среди фарцовщиков! Чаще всего в этот бизнес попадала молодежь, которая тянулась ко всему рискованному и неформальному.
«Я начал заниматься фарцовкой в середине 1970-х годов, – вспоминает житель Санкт-Петербурга Игорь. – Тогда это было довольно рискованно, но прибыльно. Мы с другом покупали джинсы, куртки, обувь и другие вещи у иностранцев, приезжавших в Ленинград из Финляндии. А потом продавали их местным жителям. Конечно, приходилось скрываться от милиции, но это было частью игры».
«К нам на работу время от времени заглядывала бывшая баскетболистка — высокая женщина неопределенного возраста с огромной спортивной сумкой, набитой импортными вещами, — вспоминает москвичка Елена. — Мы запирались в лаборатории, и начиналась примерка. В дверь то и дело стучали коллеги из других отделов: весть о визите нашей гостьи разлеталась мгновенно. Цены она называла заоблачные, но все раскошеливались без лишних слов. Многие оставляли заявки: просили достать косметику, парфюм или джинсы Levi's. Она записывала всё в толстую клеенчатую тетрадь и, надо сказать, исправно выполняла эти заказы».
Фарцовка была важной частью истории Советского Союза. Она оказала значительное влияние на молодежную культуру нашей страны. Продемонстрировала, насколько сильно было стремление людей к самовыражению, к тому, чтобы преодолевать «железный занавес», выглядеть стильно и современно, несмотря на ограничения советской системы. А сама деятельность фарцовщиков превращалась в своеобразную опасную игру с властью.
Деятельность фарцовщиков начала постепенно сходить на нет в конце 1980-х – по мере того, как отпала рыночная необходимость в ней. В 1987 году появилась частная торговля: Совет Министров СССР принял решение о создании кооперативов для производства и торговли товарами потребления. Фарцовщики вышли из подполья, став честными коммерсантами.
«С конца 1980-х годов фарцовка начинает терять актуальность: открываются границы для «шоп-туров», появляются вещевые рынки и кооперативные магазины. Начало 1990-х можно считать закатом деятельности фарцовщиков», – подытожила Ирина Денисова.