Опасность электросамокатов сейчас обсуждают многие, однако и рядовой велосипед таит в себе угрозу ничуть не меньшую. При этом защитная экипировка стоит недешево. Готовы ли россияне платить за безопасность, пока не столкнутся с последствиями, выяснял корреспондент «МИР 24» Дмитрий Горкин.
«Когда говорят: «Это как езда на велосипеде, сел и поехал», то забывают о самом главном — даже здесь необходима экипировка. Я проехал ночью без фонаря по привычным улочкам, не заметил канаву, и вот результат — разбитый нос. Хорошо хоть зубы на месте», — поделился журналист.
«Дорогой дневник. День первый. Все напоминает о том, что вчера я отлично покатался на велосипеде. Нос весь в садинах, губа припухла. Ощущение, будто в нее вставили какое-то инородное тело. Кажется, что это не пройдет никогда», — поделился Дмитрий Горкин.
И таких, как я, только через один районный травмпункт моего родного города Владимир каждый день проходит по пять человек. Ведь чтобы кататься на велосипеде, специальная экипировка не нужна.
«В прошлое дежурство три человека были с падением с велосипеда, одна из них — женщина старше 60 лет», — рассказал врач-травматолог по Нижегородскому району Вячеслав Левин.
«День второй. Образовалась корочка. Ссадины стали намного заметнее, сочится кровь периодически, начинают расползаться синяки. Разговаривать и двигать лицом по-прежнему больно. Не покидают мысли о том, что не стоило садиться на велосипед без экипировки», — отметил Дмитрий Горкин.
Травматологи говорят, что низкий сезон у них только в апреле и октябре, так называемом межсезонье, когда гололед уже сошел, а велосипеды еще в стойле.
«Вы не успеете ничего сделать так же, как при гололеде. Мы с вами говорили, как правильно падать. Никак, вы не успеете об этом даже подумать», — сказал врач-травматолог-ортопед Константин Терновой.
«День третий. Кости лица практически не болят. Могу дотрагиваться до него. Чувствительность в губе так и не вернулась, хотя отек на ощупь стал меньше. Кожу вокруг ссадин стягивает, корочка почти не кровит. Желание кататься на велосипеде пока не вернулось», — поделился Дмитрий Горкин.
От ошибки или неожиданного изменения дорожной обстановки не застрахованы даже профессионалы велоспорта. Павел Соловьев начал крутить педали еще 20 лет назад, за это время накопил не только опыт, награды, но и коллекцию травм.
«Иногда человек может упасть на скорости 70 километров в час, встать, отряхнуться и пойти. А иногда на 20 километрах в час можно очень серьезно упасть, и это поведет за собой перелом», — отметил мастер спорта России по велоспорту, тренер Павел Соловьев.
И на тренировку, и на велопрогулку Павел никогда не выезжает без шлема. И перед каждым стартом обязательно — настройка велосипеда.
«Нужно присесть и попробовать двумя носками дотянуться до асфальта. В целом для посадки шоссейной это нормально», — сказал Павел Соловьев.
Здесь жизнь могут спасти тормоза. Пальцы должны постоянно находиться на тормозных рычагах. Основной принцип — одновременное использование переднего и заднего, плавное нажатие, баланс тела и учет особенностей поверхности. Нажатие только переднего тормоза может выкинуть ездока через руль, нажатие только заднего вызовет юз, полная блокировка колес на скорости тоже приведет к падению. По возможности траектория торможения должна быть прямой — это повышает эффективность и снижает риск сноса. При спуске лучше использовать прерывистое торможение — нажимать и отпускать тормозные ручки короткими импульсами. Это также помогает избежать перегрева тормозов, а значит, сохранить их эффективность.
Юрий Юдин продает велосипеды и экипировку. Ведет блог, тестирует все новинки, знает про велосипеды практически все, но однажды что-то пошло не так.
«Когда проходил спусковую трассу на велосипеде, немного не вписался в траекторию, и из-за этого меня заболтало, и в итоге я полетел через руль. Инстинктивно выставил руки перед собой, получил удар в кисть, из-за чего получил перелом лучевой кости и отлом шиловидного отростка локтевой кости. Я считаю, что защита, которая на мне была, свою задачу все-таки выполнила. Могло быть хуже», — рассказал Юрий Юдин.
«День четвертый. Не сказать, что без изменений, но в целом практически ничего не изменилось. Разве что корочка начала потихонечку отслаиваться, но таков процесс заживления. Выглядит, конечно, это страшно. Но надеюсь, со временем все пройдет», — поделился Дмитрий Горкин.
Первое — это шлем. Самые простые, защищающие верх головы и затылок, можно найти за три тысячи рублей. Полная защита головы начинается от 20 тысяч.
«Внутри шлема, как правило, есть пометка EN 1078. Это означает, что шлем прошел тестирование, что он полностью отвечает стандартам безопасности. При ударе он сможет вас защитить. И даже если шлем у вас раскололся при ударе, но при этом вы остались целы и невредимы, это значит, что шлем со своей задачей справился», — пояснил Юрий Юдин.
«Если бы в момент падения на мне был вот такой полнозащитный шлем, весь удар он бы принял на себя, и лицо осталось бы целым. Цена полного комплекта велосипедной брони, а это шлем, перчатки, наколенники и налокотники, может превзойти стоимость самого велосипеда. Но когда дело касается безопасности, то никаких денег не жалко», — сказал Дмитрий Горкин.
Полностью защитить себя от падений не выйдет. Но минимизировать ущерб можно. Кроме полноразмерного шлема (20 000 рублей) — надевать велоочки для защиты глаз (5 000 рублей), перчатки с гелевыми подушками (1 500 рублей), носить наколенники (10 000 рублей) и налокотники (5 000 рублей). Защитные шорты или штаны — с мягкими вставками на бедрах и копчике (10 000 рублей). Для агрессивной езды, например велотриала, можно приобрести еще и защиту торса, так называемую «черепаху» (15 000 рублей). Итого: 66 500 рублей.
Наибольшую опасность представляют двухколесные «электрички». Самокаты, сигвеи, гироскутеры, моноколеса — или просто СИМы — средства индивидуальной мобильности. По статистике, защиту надевает лишь каждый пятый, и то на своей технике. Поэтому все чаще пациентами челюстно-лицевых хирургов становятся дети.
«Особенно красиво едет молоденькая девочка с развивающимся платьем, а потом это человек, у которого лица практически до конца жизни не будет. К сожалению, скелет у ребенка растет до 21 года, и любой остеосинтез, любые пластины, любые реконструкции у детей могут сопровождаться остановкой роста лицевого скелета», — предупредил челюстно-лицевой хирург, доцент кафедры клинической стоматологии № 2 Ярославского государственного медицинского университета Сергей Путь.
«День пятый. Лицо возвращается к первозданному виду. Легкие ссадины уже сошли, остались только самые глубокие. По заверению врачей, я отделался еще очень легко, через две недели от ссадин не останется и следа», — рассказал Дмитрий Горкин.
Аренда самокатов официально запрещена уже в 12 городских округах Подмосковья. Но никакие запреты и ограничения не спасут, если пренебрегать элементарными правилами безопасности.