3 июля Беларусь отмечала годовщину освобождения Минска от фашистов. В Великую Отечественную войну республика потеряла каждого третьего, но открыла фронт в тылу врага. Как жили партизанские деревни, выясняла корреспондент «МИР 24» Ольга Алипова.
В лесном массиве Дзержинского района, вблизи трассы Москва — Брест, в окружении вековых сосен расположился партизанский лагерь. Именно такие глухие места в годы войны и выбирали для своих баз народные мстители, маскируя их в чащах. Интересный факт: землянки размещали по кругу и с двумя входами и выходами — на случай круговой обороны.
10 землянок. У каждой — свое назначение: караульная, комиссарская, землянка радиста, но так было не сразу.
«Сначала были какие-то временные шалаши, навесы, а потом уже, когда партизанский лагерь вставал на определенное место дислокации — в 1942 — 1943 годах, — там уже строились основательно», — пояснил Андрей Шестаков, директор Центра экологического туризма.
В самом начале Великой Отечественной обмундирование в партизанских отрядах было скудным — одевались во что придется. Жители окрестных деревень помогали с провиантом, отдавали личные вещи, шили одежду и валенки. Нередко народные мстители использовали трофейное обмундирование и вели продовольственную войну.
«Постоянного скота не держали. Его держали именно для пропитания, потому что происходили постоянные передвижения. Молоко шло раненым и детям, мясо шло в продовольствие. Если заканчивалось, то назначали так называемые продовольственные операции — захватывали у немецко-фашистских захватчиков скот, а потом уже перегоняли его в расположение партизанского отряда», — рассказал Андрей Шестаков, директор Центра экологического туризма.
Партизанское движение в Беларуси стало формироваться практически с первых дней войны. Ответственными назначали так называемых «проверенных товарищей»: офицеров, проявивших себя бойцов Красной армии, работников обкомов и райкомов, сотрудников НКВД. Сперва отряды были малочисленные, боевые операции проводились редко. В основном занимались диверсиями — обрывали телеграфные, телефонные провода, уничтожали отставших от части фашистов, поджигали вражеские склады с горючим и боеприпасами.
«Первый партизанский отряд вообще сформировался на пятый — шестой день Великой Отечественной войны в Пинской области. Командиром был Василий Захарович Корж. Он был уже опытным командиром — участвовал в испанских боевых сражениях, поэтому он понимал, что и как формировать», — отметил Андрей Шестаков, директор Центра экологического туризма.
Землянки оборудовали печками-буржуйками, но без выходящий наружу труб. Делали это намеренно, чтобы противник по дыму не мог вычислить дислокацию базы. Отапливали землянки по-черному — в течение трех — четырех часов, а тепло держалось до шести часов. Отапливать «по-черному» означало не использовать дымоход. Он попросту отсутствовал. При таком способе весь горячий дым валил прямо в помещение, циркулировал внутри и только затем выходил наружу через открытые окна, двери или специальные отверстия. Нередко землянки изнутри становились абсолютно черными из-за копоти и сажи, осевших на бревнах.
Сложнее всего дела обстояли с медицинским инвентарем. Скальпель был недосягаемой роскошью, поэтому в ход шли бритвы, косы и даже столярный инструмент, например, обычная ножовка, которую кипятили, обрабатывали самогоном или спиртом, если, конечно, таковой имелся.
В 1941 — 1942 годах с медпомощью было совсем туго. Квалифицированных врачей практически нет. Их функции выполняли медсестры, а работу санитарок — женщины из соседних деревень. Простуду лечат травами. Чесотку — раствором тола на молоке или смесью дегтя с салом. Вместо ваты — мох. Вместо шовного материала — суровые или парашютные нити.
«Сложные операции проводились в тяжелейших условиях. Когда уже была налажена связь с Большой землей, переправляли тяжелораненых туда», — рассказал Андрей Шестаков, директор Центра экологического туризма.
Боеприпасов не хватало, и взрывчатку приходилось делать самостоятельно — выплавлять из снарядов в котлах с кипятком. Человек садился, между ног размещал заряд и выворачивал взрыватель. Если не удавалось, снаряд взрывался. И страшный факт: не оставалось даже останков, чтобы похоронить.
Каждый бой и задание партизаны фиксировали не только в журналах отряда, но и в собственных газетах и листовках.
«Охота на патрулей», «Обстрел паровозов», «Случай с Гитлером» — такие листовки печатали в партизанской типографии. Так местные жители узнавали правду о происходящем. В годы партизанского движения было отпечатано свыше 10 миллионов экземпляров.
Воду для стирки и мытья добывали из рек, озер и болот, а в 1943 — 1944 годах у партизан появятся собственные бани и даже библиотеки.
«Конечно, не в каждом партизанском отряде были такие, например, землянки, как библиотека. Это было тогда, когда партизанский отряд вставал на определенное место и имел большое количество бойцов, в котором были дети», — отметил Андрей Шестаков, директор Центра экологического туризма.
Детей было много. В отряды уходили целыми семьями. Так появились лесные школы — с уроками, домашними заданиями и — совсем невероятное — родительскими собраниями. Все, как в мирной жизни.
«В основном это были дети от 6 до 11 лет. Учились круглый год — когда на это было время. И летом, и осенью, и весной, и зимой. И все дети учились в одном классе — и дети постарше, и дети помладше. Классов по возрастам не было. Учили только самое основное — читать, писать и считать», — рассказал Андрей Шестаков, директор Центра экологического туризма.
Буквы и цифры вырезали из коры, прописью занимались на глине и песке либо обрывках старых газет. Для счета использовали веточки, камушки, шишки. Помогла смекалка и при изготовлении чернил — в отвар из дубовых желудей бросали ржавый гвоздь или кусок железа. Смесь отстаивалась, и получались чернила. Занятия проводили учителя, жившие в деревнях неподалеку от лагеря, но нередко к работе привлекали бывших студентов или старшеклассников. Только на территории Беларуси в партизанских отрядах воевали 74 тысячи детей и подростков.
В своих методах борьбы дети-диверсанты были изобретательны: затолканная в выхлопную трубу картофелина или засыпанный в бензобак сахар выводили из строя вражеский автомобиль. Могли пустить под откос и железнодорожный состав — засыпали землю или камни в буксы колес. Колесо начинало болтаться, и его срывало с паровоза.
«От 14 июля 1943 года. Совершенно секретно. Приказываю: партизанским соединениям и отрядам производить повсеместное разрушение рельс. Действовать непрерывно и всеми средствами». С этого приказа началась масштабная операция — рельсовая война. В ночь на 3 августа 1943 года больше 70 тысяч партизан Беларуси, России и Украины одновременно ударили по коммуникациям врага.
Когда взрывчатки не было, железнодорожное полотно разбирали вручную — кирками, молотками, кувалдами. В результате операции немецкие транспортные перевозки упали на 40%. Продвижение войск вермахта было остановлено на 265 дней.
В годы Великой Отечественной на территории Беларуси сражалось 374 тысячи народных мстителей. Действовало более 1200 партизанских отрядов. Эти люди держали в тылу врага настоящий второй фронт.