Лицо целого поколения. Почему актрису Инну Макарову из «Девчат» называли «сибирской косточкой»?
28 июля исполняется 100 лет со дня рождения народной артистки СССР Инны Макаровой, которая в 22 года стала лауреатом Сталинской премии и лицом целого поколения. О том, какой актриса была вне камер, почему не боялась стареть и как «сибирский характер» помогал ей держать удары судьбы, рассказал корреспондент «МИР 24» Роман Паршинцев.
В подмосковном загородном доме, где жила Инна Макарова, сегодня ухаживает за цветами ее дочь Наталья Бондарчук. Здесь она бережно хранит память о матери.
«Мама строила этот дом, причем одна строила, без мужчин – с бабушкой», – рассказала Наталья Бондарчук.
Такой характер – самостоятельный, упрямый, без столичного кокетства – критики назовут «сибирской косточкой». Она родилась в Тайге, росла в Новосибирске и с детства знала, что станет актрисой. В 1943 году, в самый разгар войны, поехала поступать в Алма-Ату, куда эвакуировали ВГИК. Из восьми претенденток оставили только ее, а позже, уже в Москве, она оказалась в мастерской Сергея Герасимова.
«У Герасимова была идея удочерить маму, потому что у нее очень рано умер отец. Герасимову она нравилась своим сибирским характером», – отметила Наталья Бондарчук.
Герасимов ценил эту природную правду. Когда пришло время снимать «Молодую гвардию», роль Любки Шевцовой он отдал именно Макаровой. К тому же сам автор романа Александр Фадеев выбрал ее.
«Инна сыграла это так, что потом для многих поколений Макарова стала Любой Шевцовой – и ее глаза, и ее обаяние, и улыбка, и, конечно, ужас, когда их казнят».
Слава была оглушительной. Вчерашняя студентка получила Сталинскую премию I степени и первую в жизни собственную квартиру.
«Мы получили Сталинскую премию, Сережа не получил, но тут же побежал за шампанским. Соседка говорит: «Тебе квартиру дали». Когда я приехала на Песчаную улицу, я увидела маленький коридорчик, балкон и лесок такой, а там – Всесвятская церковь».
«Сережа» – это фронтовик Сергей Бондарчук. Он пришел во ВГИК позже, влюбился в Инну на студенческом спектакле, и этот союз стал одной из самых красивых историй советского кино.
«Вдруг вошел молодой человек в гимнастерке, сел, посмотрел. Это был мой отец».
Она принципиально не делала пластических операций, считая, что лицо актрисы должно благородно нести в себе весь жизненный опыт – и радость, и боль. И при всей своей мягкости умела быть твердой.
«Не мягкий характер, нет. Он был и не жесткий, это был справедливый характер», – заключила Наталья Бондарчук.
Даже в свои 90 лет Инна Макарова продолжала выходить к зрителям, и зал взрывался аплодисментами.