Ильдар Абдразаков как князь тьмы: Большой театр посвятил оперу «Мефистофель» 50-летию артиста
На Исторической сцене Большого театра представили оперу Арриго Бойто «Мефистофель» – одно из редчайших произведений итальянского репертуара. Масштабную музыкальную драму одним из первых увидел корреспондент «МИР 24» Роман Бирюков.
Для Большого театра это лишь четвертое обращение к этой опере. А последняя постановка 1902 года, кстати, вошла в историю благодаря Федору Шаляпину, который сам переводил на русский язык фрагменты партии своего героя.
Сегодня эстафету принимает Ильдар Абдразаков. Выдающийся бас уже исполнял партию князя тьмы в операх Гуно, Берлиоза и того же Бойто – на сценах «Ла Скала», «Метрополитен-опера» и Мариинского театра. Но этот выход для него особенный.
Большой театр посвятил этот спектакль пятидесятилетию народного артиста России. «Чудеснейший подарок. В мой день рождения спеть грандиознейшую оперу, о которой мечтают многие басы. Я очень рад, что в этой постановке не только я участвую, но и мои коллеги. Этот спектакль теперь в репетуаре, он будет идти постоянно», – поделился народный артист России, оперный певец Ильдар Абдразаков.
Музыкальный руководитель и дирижер постановки – Валерий Гергиев. «Мефистофель» – первая премьера нового сезона, который для Большого театра особенный вдвойне: впереди празднование 250-летия театра.
Зная «Фауста», мне кажется, мы обогатим свои представления о том, как развивалась мировая культура, в частности оперная, если будем давать такую версию
Режиссером и художником-постановщиком выступил Джанкарло Дель Монако – итальянец с российским паспортом, для которого это уже третья работа в Большом после «Риголетто» и «Отелло» Джузеппе Верди. «Для меня Ад – это такое место, где все перевернуто вверх дном, любой момент истины превращается в роль, а любая роль оборачивается вечным пленом. Это царство вынужденного смеха», – отметил режиссер Джанкарло Дель Монако.
Опера основана на трагедии Гете «Фауст» и охватывает обе ее части. При этом Бойто сам написал либретто – и сделал необычный ход: в центре не Фауст-искатель, а Мефистофель как главный герой, вокруг которого строится драматургия.
Постановка Дель Монако – это не иллюстрация Гете и не «музейная реконструкция», а театральное высказывание. Отсюда и сценические решения: гротеск, преувеличенные мизансцены, контраст торжественного и пугающе-комического.