Это место, где можно прикоснуться к истории, не боящейся воды, времени и забвения. Калязин. Именно здесь расположена одна из самых необычных достопримечательностей — 75-метровая колокольня Никольского собора, возвышающаяся на маленьком островке посреди Волги. В 2027 году, к своему 60-летию, Золотое кольцо России расширится за счет включения 49 населенных пунктов. Впервые в истории туристического маршрута в него войдет Тверская область, в том числе Калязин. Корреспондент MIR24.TV отправилась на прогулку по городу, где время течет медленнее, закаты — душевнее, а люди — гостеприимнее. В материале — маршрут по Калязину для тех, кто любит историю с душой.
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Город, ушедший под воду: память о купеческой России
На берегу Волги в Тверской области расположился уникальный город, который стал символом советской индустриализации и одновременно памятником утраченной купеческой России. Здесь история буквально проступает из воды, а прошлое и настоящее существуют в удивительном переплетении.
Калязин переживал разные исторические периоды: новгородское влияние, монгольское нашествие, развитие волжской торговли. С названием города связывают легенду об Иване Коляге — боярине, который, по преданию, передал свои земли монастырю, основанному преподобным Макарием. Поэтому Калязин — это не просто «город у воды», а место, где Волга, монастырская история и купеческая экономика сошлись очень рано.
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Петр Дубоделов
геоаналитик проекта «Мой гектар», руководитель ГИС-направления
«В XVII веке на этих землях развивается Троице-Нерльская слобода. Благодаря стратегическому положению она превращается в центр торговли и ремесла, куда съезжались купцы и мастера из окрестностей. Позднее, в XIX-начале XX века, Троица-Нерль была известна ярмарками, чайными домами, купеческой культурой и довольно насыщенной общественной жизнью. А уже в XVIII веке Калязин укрепляется как торговый узел на Волге. Тогда же появляется важная храмовая архитектура. Например, Троицкая церковь в Устье была построена по замыслу Матвея Казакова. В советское время ее закрыли, но после Великой Отечественной войны здание получило новую жизнь как дом культуры, и внутри до сих пор можно увидеть следы старой истории — уцелевшие фрески».
Елена Воронова
турист, доцент Финансового университета
«Получивший статус уездного города в 1775 велением Екатерины II, Калязин также славился своими судостроителями, кузнецами, а еще — кружевницами и мастерами по изготовлению валенок. С момента основания Троицкий Калязинский мужской монастырь, крупнейший на Тверской земле и один из самых могущественных на Руси, привлекал паломников. Но в конце 1930-х значительной частью Калязина решено было «пожертвовать» для обеспечения страны электроэнергией: в результате строительства Угличской ГЭС и одноименного водохранилища под водой оказалась большая часть исторического центра. Сооружение канала «Москва — Волга» и строительство гидроэлектростанции были стратегическими решениями того времени, именно Углическая гидроэлектростанция вместе с Рыбинской снабжала столицу во время Великой Отечественной войны».
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Само Угличское водохранилище стало огромным искусственным морем площадью 249 кв. км, протяженностью 146 км и средней глубиной 5,5 метра. Город был фактически перенесен на новое, более высокое место, но его душа осталась под водой.
Поэтому Калязин называют «Русской Атлантидой» не ради красивого образа, подчеркивает Петр Дубоделов. У города действительно есть подводный слой истории: старые кварталы, исчезнувшие улицы, разрушенные храмы, память о купеческом центре, который физически ушел под воду. И сегодня эту историю можно увидеть не только через колокольню, но и в музее «Волгари», где есть виртуальное погружение на дно старого города, редкие фотографии, макеты волжских судов, материалы о Волжском торговом пути и реконструкция речного вокзального буфета 1950-х годов.
Светлана Батанова
турист, многодетная мама, старший преподаватель кафедры иностранных языков и межкультурной коммуникации Финансового Университета при Правительстве РФ, профессиональный китаевед
«Калязин — город-легенда, который исчез, но продолжает жить в памяти людей и в образах, проступающих из волжских вод. Его главный символ — затопленная колокольня Никольского собора, неоклассическая кампанила высотой 74,5 метра (примерно 23-этажное здание). Построенная в 1796 (по другой версии, 1794-м-1800-х годах) при соборе (сам собор датируется 1694 годом), она была частью Николо-Жабенского монастыря. Из 12 колоколов самый большой весил около 17 тонн и был отлит в 1895 году в честь коронации Николая II. Когда водохранилище начало заполняться, собор разобрали, но колокольню решили сохранить. Сначала рассматривался вариант полного сноса, но в итоге башню оставили как судоходный ориентир — маяк для судов на водохранилище. Это решение спасло уникальную архитектурную доминанту. Внутри колокольня полностью пуста — все реликвии и мебель были удалены до подъема уровня воды, а основание башни укреплено».
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Символ над водой: как трагедия затопления сделала Калязин узнаваемым на весь мир?
Чтобы понять масштаб случившегося, нужно держать в голове контекст 1930-х годов. Советское государство строило Волжско-Камский каскад гидроэлектростанций как часть программы электрификации. Каждый новый проект требовал водохранилища, каждое водохранилище затапливало то, что стояло на берегах. Калязин был не первым и не последним городом в этом списке.
Ольга Климова
кандидат культурологии, юрист, доцент кафедры Иностранных языков и межкультурной коммуникации Финансового университет при Правительстве Российской Федерации
«Никакие соображения о культурном наследии не были аргументом против киловатт-часов. Это не означало, что никто не понимал масштаба утраты. «Приговор» вынесли быстро. Жителям объявили о переселении и дали срок: перенести дома, вывезти имущество, попрощаться с кладбищами. Некоторые семьи разбирали деревянные постройки по бревнышку и везли их на холм, на новое место. Это была медленная, изматывающая работа. Большинство просто уходило, оставляя за собой пустые стены. Каменные здания не трогали: зачем тратить силы, если через несколько месяцев все скроется водой. К 1940 году водохранилище начало наполняться. Вода прибывала постепенно, затапливая подвалы, нижние этажи, потом кровли. Несколько церквей, торговые кварталы, жилые дома, Троицкий Макарьев монастырь — все это ушло под поверхность Угличского водохранилища. Слой воды над старым центром составил несколько метров. Один объект уцелел. Высокую колокольню Николаевского собора оставили в воде: она нужна была судоходству как навигационный ориентир. Решение сугубо прагматическое, но именно оно создало образ, который не придумать никаким маркетологом».
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Колокольня стоит в воде уже больше восьмидесяти лет. Видна с нескольких километров, в любую погоду и любое время года. Именно она превратила трагедию в символ, узнаваемый по всей стране.
Легенда о подводных колоколах возникла почти сразу и живет по сей день. Рыбаки говорят, что в тихую погоду, когда ветер не гонит волну, из-под воды слышен колокольный звон. Акустика водоемов действительно способна на странные эффекты, и человек, настроенный услышать, — слышит. Правда прозаичнее: большинство колоколов с Николаевского собора сняли еще до затопления. Но легенда не умирает, потому что отвечает чему-то настоящему: ощущению, что здесь, под серой волжской водой, погребен целый мир.
«Водолазы, работавшие в этих местах в разные годы, рассказывают об удивительном состоянии подводного города. Стены держатся. Кирпич оказался прочнее, чем ожидали, вода законсервировала его, а не разрушила. В хорошую погоду с лодки видно, как в прозрачной воде темнеют контуры строений, особенно ранней весной, когда нет ряски и мутной взвеси. Калязинская Атлантида не растворилась. Она просто остановилась. Сам Калязин перенес центр на холм, отстроился и продолжил жить. Стал меньше, тише, скромнее. Часть горожан уехала совсем, другая — осталась. Те, кто остался, несли в себе память о другом городе, о том, который стоит сейчас внизу. Это особое ощущение не исчезает с поколениями: внуки людей, переживших затопление, по-прежнему говорят о старом Калязине как о чем-то живом, только переехавшем в другое измерение. Колокольня стала главным символом города и его незаживающей памятью. Сегодня к ней везут туристов на лодках, зимой к ней идут пешком по льду, ее рисуют на магнитах и открытках. Внешне это похоже на обычную достопримечательность. Но те, кто приедет сюда и задержится у воды надолго, замечают: что-то в этом образе не дает успокоиться. Это не красота, хотя красота здесь тоже есть. Это тяжесть. Та самая, которую оставляет история, когда с ней обращались небрежно», — подчеркнула Ольга Климова.
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Маяк надежды. История спасения и реставрации затопленной колокольни
Есть архитектурные памятники, которые рассказывают о времени своего создания. А есть те, которые сами становятся историей. Колокольня Николаевского собора — именно такой памятник. Она пережила город, частью которого была, пережила разрушение храма, смену эпох, идеологий и поколений. Сегодня это не просто главная достопримечательность. Это один из самых узнаваемых архитектурных символов России, где история, искусство, инженерная мысль и духовная память слились воедино.
Юлия Рольник
архитектор, искусствовед, автор каналов ASTROTV и juliarolnik
«С точки зрения истории архитектуры, самое удивительное заключается в том, что этот всемирно известный силуэт никогда не задумывался как самостоятельный памятник. Колокольня была лишь одной, пусть и главной, вертикалью большого храмового ансамбля, где каждый элемент существовал в гармонии с окружающим пространством. Она была композиционной доминантой величественного Николаевского собора, построенного в конце XVII века на месте древнего Николо-Жабенского монастыря. Собор стоял в самом сердце старого Калязина, вокруг которого веками складывалась жизнь города — шумели торговые площади, проходили ярмарки, строились купеческие особняки».
Колокольня возводилась несколько лет силами крепостных мастеров на средства жителей города. Для небольшого уездного Калязина это было грандиозное строительство. Высота звонницы достигла почти 75 метров. В те годы она входила в число самых высоких колоколен Верхней Волги, уступая лишь знаменитой колокольне Ивана Великого Московского Кремля.
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Это блестящий образец зрелого русского классицизма. Все пять ярусов построены по принципу постепенного облегчения объема: мощное основание сменяется все более легкими колоннадами, а композиция завершается стройным шпилем. Такой прием создает удивительное ощущение устремленности вверх. Несмотря на внушительные размеры, колокольня кажется почти невесомой. Именно поэтому она так органично воспринимается среди бескрайней водной глади, пояснила Юлия Рольник.
Любой архитектурный шедевр невозможно понять вне того пространства, для которого он был создан. Архитектура всегда ведет диалог с окружающим миром, образуя единый художественный ансамбль. Колокольня была неотъемлемой частью Николаевского собора, монастырских построек, площадей и старинных улиц Калязина, образуя единое архитектурное пространство города. После создания Угличского водохранилища этот ансамбль исчез.
«Кажется невероятным, но именно трагедия изменила художественный смысл памятника. Колокольня, задуманная как часть большого архитектурного ансамбля, стала самостоятельным произведением искусства. Вода превратилась в ее новый архитектурный фон. Белокаменный силуэт, отражающийся в Волге, словно удваивается, а линия горизонта становится продолжением архитектурной композиции. Сегодня трудно представить более выразительный пример того, как сама природа становится соавтором архитектуры, — продолжает Юлия Рольник. — Почему же колокольня уцелела, когда Николаевский собор был разобран? Окончательного ответа историки не дают до сих пор. По одной версии, ее просто не успели демонтировать. По другой — инженеры настояли на сохранении сооружения как навигационного ориентира. Именно здесь Волга делает сложный поворот, и высокая башня служила прекрасным маяком для речных судов. Не случайно в архивных документах 1940-х колокольня официально именуется именно маяком».
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Но история распорядилась иначе. Из навигационного ориентира она превратилась в духовный ориентир для всей страны.
Калязин нередко называют «Русской Атлантидой». Это сравнение удивительно точно. Под водой действительно покоится целый исторический город. Весной 2014 года уровень Волги неожиданно сильно понизился. Тогда впервые за многие десятилетия жители смогли пешком подойти к колокольне. Из воды проступили остатки старых фундаментов, фрагменты мостовых, подвалы купеческих домов. Казалось, сама история на несколько дней приоткрыла завесу над исчезнувшим городом.
Фото: МТРК «Мир»/Елена Гридчина
Фото: МТРК «Мир»/Елена Гридчина
«Вокруг колокольни всегда рождались легенды. Самая известная рассказывает о главном колоколе весом более семнадцати тонн. По преданию, во время демонтажа он сорвался с креплений, проломил перекрытия всех ярусов и навсегда остался в затопленном основании башни. Старожилы уверяли, что перед великими потрясениями — началом Великой Отечественной войны, трагическими событиями XX века — из глубины воды слышался его глухой набат. Конечно, это красивая легенда. Но именно такие легенды рождаются лишь вокруг мест, ставших частью народной памяти, — отметила Юлия Рольник. — Есть и другой малоизвестный факт. В одном из старинных документов строители колокольни словно обращаются к потомкам, обещая: если когда-нибудь башня даст трещину или накренится, они вновь построят ее заново, чтобы не оставить после себя позора. Эти слова сегодня воспринимаются почти как пророчество. В конце XX века фундамент действительно потребовал серьезного укрепления, и реставраторы сделали все возможное, чтобы сохранить памятник».
Реставрация XXI века стала образцом современного научного подхода к сохранению культурного наследия. Подлинный памятник нельзя «сделать новым». Его ценность — в историческом материале, в следах времени, в памяти, которую он хранит. Поэтому реставраторы стремились не заменить старое новым, а сохранить все, что дошло до наших дней. Были укреплены конструкции, восстановлены шпиль и крест, отреставрированы фасады, кованые решетки, окна, возвращены исторические часы с боем.
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Искусствовед считает, что особенно трогательной стала находка, сделанная во время восстановления креста. На его металлических деталях обнаружили сохранившиеся надписи XIX века с именами людей, участвовавших в освящении и установке креста в 1893 году. Такие открытия бесценны. Они позволяют спустя более века буквально прикоснуться к истории и почувствовать живую связь поколений — тех, кто создавал эту святыню, и тех, кто сохраняет ее сегодня.
Фото: МТРК «Мир»/Елена Гридчина
Фото: МТРК «Мир»/Елена Гридчина
В 2016 году колокольня вновь обрела голос. По старинным технологиям были отлиты новые колокола, и сегодня их звон снова разносится над Волгой. Архитектура всегда воспринимается не только глазами. Она живет звуком, светом, пространством, отражением. Когда над рекой разливается колокольный звон, кажется, будто сама история вновь становится слышимой.
«Летом сюда причаливают паломники и туристические теплоходы. Здесь совершаются молебны, а во время Верхневолжского крестного хода именно у стен колокольни завершается многодневное паломничество, начинающееся у истока Волги. Вечером включается архитектурная подсветка, и стройная башня превращается в настоящий световой маяк. Недаром ее называют «покаянной свечой России». Она словно напоминает о том, что культура не существует без памяти, а память невозможна без бережного отношения к своему наследию», — уточнила Юлия Рольник.
Колокольня Калязина — редкий пример того, как трагедия изменила художественный смысл произведения архитектуры, сделав его сильнее и глубже первоначального замысла.
«С точки зрения архитектуры — это свидетельство высочайшего мастерства русских зодчих XVIII века, сумевших создать сооружение, пережившее затопление, ледоходы, ветры и почти два с половиной столетия истории. А для миллионов людей она остается тем самым маяком надежды, который уже давно освещает не путь речным судам, а путь человеческой памяти. И пока над Волгой возвышается удивительный силуэт, продолжается тихий разговор между прошлым и будущим — разговор о том, что можно потерять в одно мгновение и как важно сохранить то, что еще осталось», — завершила Юлия Рольник.
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Почувствовать тишину: чем удивляет камерный Калязин на берегу Волги?
Камерный Калязин продолжает жить. Сегодня в нем около 12 тысяч человек, и это именно тот случай, когда малочисленность становится преимуществом. Город «маленький, но невероятно атмосферный» — идеальное место для спокойного отдыха на Волге.
«Сюда приезжают на теплоходах, плотах и байдарках, ищущие тишины и уединения путешественники находят здесь именно то, что нужно. Калязин предлагает посетителям не только знаменитую колокольню, но и лодочные экскурсии по водохранилищу, посещение радиотелескопа РТ-64 (одна из самых высокорейтинговых достопримечательностей с оценкой 4.7 из 5), Дома Бабы-Яги и даже улиточной фермы», — дополнила Светлана Батанова.
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Набережная на улице Ленина — главное место притяжения. Здесь открывается прекрасный вид на Волгу и затопленную колокольню. Местные власти установили видовые качели: можно качаться и фотографироваться на фоне главного символа города. Арт-объекты расположены по всему городу.
«Особенно интересен макет старого Калязина, который позволяет увидеть, как выглядел город до затопления: все храмы, улицы, купеческие дома Калязина. Это помогает понять масштаб утраты и оценить историческую ценность места, — дополняет Елена Воронова. — Атмосфера города неспешная, умиротворяющая, идеальная для обретения гармонии с самим собой после шумного мегаполиса. Здесь само время ощущается иначе, оно как будто замедляет свой ход. Можно просто сидеть на набережной, слушать плеск волн и размышлять о жизни. Тихие зеленые улицы, одноэтажные дома с палисадниками, чистый воздух, который пахнет рекой и соснами. Тут слышно пение птиц, а не гул автомобилей. Калязин — идеальное место для тех, кто хочет обрести внутреннее равновесие, выдохнуть, перезагрузиться. Можно приехать на выходные, гулять, читать книги, разговаривать по душам. Или просто молчать, глядя на воду».
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
С набережной удобно воспринимать сразу несколько ключевых точек: Волгу, затопленную колокольню Никольского собора, городской парк, Вознесенскую церковь, историческую застройку, Дом Семеновых, музейные пространства. Здесь же логично начинать прогулку по городу — от видов на воду к храмам, музеям и старым улицам. В этом смысле обновленная набережная стала для Калязина не просто благоустройством, а новой городской витриной. Она связывает главный символ города — колокольню — с живой городской средой, где есть прогулки, музеи, история, ремесла, малый туризм и спокойный волжский ритм.
Ярослав Климов
культуролог, ассистент кафедры гуманитарных наук Факультета социальных наук и массовых коммуникаций Финансового Университета при Правительстве РФ
«В городе действительно другая история. Нет сувенирных рядов на каждом углу. Экскурсионные автобусы сюда не доезжают. И специально натертого до туристического блеска фасада тоже не ищите. Есть деревянные заборы, провинциальная тишина, запах реки и ощущение, что попал не в музей, а в настоящее место, где люди просто живут. Именно за этим сюда и едут. Городская усталость — не метафора, а физическое состояние. При хроническом перегрузе мегаполиса мозг перестает справляться с потоком звуков, требований, экранов и лиц. Калязин предлагает отдых без пафоса: просто другой темп, другой масштаб и совершенно другое звуковое поле».
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Набережная на улице Ленина после реконструкции стала совсем другой: длинный променад с видом на Волгу и колокольню, видовые качели над рекой, арт-объекты, макет затопленного старого города. Последнее производит особое впечатление: небольшая модель купеческого Калязина, ушедшего под воду, стоит прямо на берегу того самого водоема. Смотришь на миниатюру, поднимаешь голову — и колокольня прямо напротив, в нескольких сотнях метров от берега.
«Это одно из тех редких мест, где пространство работает само, без путеводителей и объяснений. Можно стоять у перил часами. Никто не торопит. Если погода хорошая, а Калязин особенно хорош ранней осенью и поздней весной, набережная не отпускает до вечера. Свет над Волгой меняется каждые полчаса, — рассказывает Ярослав Климов. — Утром над водой стоит молочный туман, который горожанин видит, может быть, раз в несколько лет. К вечеру река темнеет и становится почти черной, а силуэт колокольни на этом фоне делается резким и строгим. Это не открытка и не фотообои. Это живое и каждый раз чуть другое. С воды колокольня кажется значительно выше, чем с берега, а вода у ее основания — очень спокойной. Вблизи видна старая кирпичная кладка, следы времени, заросли у подножия. Это не музейный экспонат за стеклом, а постройка, которая продолжает стоять в очень неудобных условиях. Зимой картина другая: Волга встает, и к колокольне идут пешком по льду. Ничего вокруг — только белое поле, мороз, скрип снега под ногами и эта башня, уходящая ввысь прямо из белой равнины. Многие говорят: зимний Калязин оставляет более сильное впечатление, чем летний. Меньше людей, больше пространства, и тишина здесь по-настоящему плотная. За набережной Калязин тоже дает материал для прогулки. Вознесенская церковь стоит на холме и видна почти отовсюду: она задает вертикальную рифму с колокольней внизу, и этот визуальный диалог двух высоких точек над городом работает по всем правилам архитектурной композиции, пусть и невольный».
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Место, где Волга, история и тишина складываются в идеальный маршрут
Калязин хорош еще и тем, что здесь нет ощущения туристического конвейера, хотя город активно посещают. Во время летней навигации — с мая по октябрь — останавливаются практически все круизные теплоходы, которые идут из Москвы с Северного речного вокзала. По итогам 2023 года Калязин стал лидером Тверской области по количеству круизов выходного дня. Но при этом город сохраняет размеренность небольшого волжского центра.
Угличское водохранилище само по себе стало важной частью отдыха. Оно используется для судоходства, водоснабжения, энергетики и рыбной ловли, а для туристов — это виды, рыбалка, базы отдыха, палаточные стоянки, прогулки по воде. В водоеме много рыбы, поэтому место популярно у рыбаков.
«Есть и более камерные природные точки. Например, Васильевское озеро. Оно известно чистой водой, спокойными пейзажами, рыбалкой — здесь водятся окунь, лещ, карп, щука. Кроме того, это место обитания водоплавающих птиц, редких растений и насекомых, занесенных в Красную книгу, — поясняет Петр Дубоделов. — В Калязине много точек, которые раскрывают город с разных сторон. Музей «Волгари» расположен на территории старой пристани. Он рассказывает о городе под водой и связи Калязина с Волжским торговым путем. Там собраны редкие фотографии старого Калязина, плакаты, изделия народных промыслов, макеты волжских судов, а также воссоздан речной вокзальный буфет 1950-х годов. Это один из самых точных музеев для понимания, что Калязин потерял при затоплении и как жил как волжский город».
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Краеведческий музей расположен в Богоявленской церкви на Зареченской части города. Экспозиция музея рассказывает об истории города, о затоплении, о местных ремеслах.
При этом коллекция музея очень разнообразна, особенно интересной представляется коллекция Троицкого Калязинского Макарьевского монастыря, фрески, иконы, редкие книги, гравюры. Богоявленская церковь была построена в 1781 году: это один из важных вертикальных акцентов городской панорамы.
Фото: МТРК «Мир»/Елена Гридчина
Фото: МТРК «Мир»/Елена Гридчина
Вознесенская церковь построена в конце XVIII века как кладбищенская церковь при Никольском соборе. В советское время ее закрывали и использовали под нужды хлебокомбината, а кладбище уничтожили. В 1990-е годы началась реконструкция.
Сейчас храм действующий, здесь проходят богослужения. Архитектурно это интересный памятник: барочная основа, обновления в формах позднего классицизма, а в трапезной — сочетание мотивов классицизма и русского стиля.
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
«Церковь Введения во храм Пресвятой Богородицы была построена в 1882 году на средства калязинского купца Ивана Охлобыстина. Это небольшая церковь из красного кирпича с зеленым шатровым покрытием и простой двухъярусной колокольней. В советское время она не закрывалась и оставалась единственной действующей церковью Калязина. Сейчас там хранятся частицы мощей преподобного Макария Калязинского и благоверной княгини Анны Кашинской», — рассказал Петр Дубоделов.
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Памятник Макарию Калязинскому установлен в 2008 году.
Макарий — основатель Троицкого мужского монастыря, причисленный к лику святых. На памятнике он изображен на фоне стилизованной стены древнего храма, с макетом монастыря в одной руке и посохом монаха-странника в другой.
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Калязинская радиоастрономическая обсерватория — совсем другой пласт города. Недалеко от Калязина расположен один из крупнейших в мире радиоастрономических комплексов, подразделение Особого конструкторского бюро МЭИ.
Радиотелескоп ТНА-1500 относится к уникальным цельноповоротным радиотелескопам. Здесь исследуют физику пульсаров, галактические и внегалактические объекты, а также занимаются поиском космического мусора.
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Культурно-просветительский центр «Живица» находится в деревне Устье. Это место для погружения в традиционный быт русской семьи: там можно попробовать гончарное дело, поучаствовать в восточнославянских обрядах и увидеть, как жила сельская семья в старой русской традиции.
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Вкус и тепло Калязина: сувениры, пряники и валенки с историей
Гастрономические и ремесленные сувениры — важная часть калязинского колорита. Валяную обувь в Калязинском районе делают уже более 200 лет, и местные валенки с вышивкой знаменитой колокольни стали самым популярным сувениром. В городе работает фабрика валяной обуви, где можно приобрести традиционные валенки из 100% овечьей шерсти — бесшовные, теплые и полезные для здоровья.
«Калязинская валяная обувь известна далеко за пределами Тверской области. Местные мастера валяют их по старинным технологиям: тепло, удобно, экологично. При этом каждый найдет обувь на свой вкус: не только классические серые валенки, но и с вышивкой, расшитые бисером», — советует Елена Воронова.
«На городском базаре продают традиционные русские пироги, квас, деревянные изделия ручной работы, кружева и сувениры с изображением затопленной колокольни», — дополнила Светлана Батанова.
Любителей сладкого порадует продукция местных производителей, например, зефир — готовится на основе натурального яблочного пюре и яичного белка. Желейный мармелад — также производится только из натурального сырья с разнообразными фруктово-ягодными вкусами. Это и многое другое производят в городе по-соседству — Кашине.
Ольга Гинзбург
турист, кандидат филологических наук, доцент Финансового университета при Правительстве РФ
«Овсяное печенье с молотым изюмом и корицей, заварные печатные пряники ручной работы с фруктовой начинкой из яблочного пюре, пряники пропитываются настойкой на травах. Вся продукция выпускается по ГОСТам и имеет тот самый вкус из детства. Отдельного упоминания заслуживает минеральная вода — сульфатная, натриево-магниево-кальциевая. Она хорошо известна не только жителям Тверской области, но и далеко за ее пределами. В историческом центре Калязина, недалеко от памятника Макарию Калязинскому, действует текстильное производство, где представлен ассортимент одежды и товаров для дома. В настоящее время ведется подготовка к открытию музея, который пополнит туристическую инфраструктуру города. В нем будут представлены старинные швейные машинки, а также фотоаппараты».
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Фото: МТРК «Мир»/Игорь Медведев
Сочетание религии, советской индустриализации и современного туризма создает здесь неповторимую атмосферу, где прошлое не исчезает, а продолжает жить — пусть даже частично под водой. Калязин сегодня — место, где можно прикоснуться к истории, которая не боится воды, времени и забвения. Город, который ушел под воду, но стал легендой.
«Волга, небо и мысли… Ехать в Калязин на один день вполне осмысленно, а остаться на два еще лучше: вечером город становится другим, без дневного шума и транзитных машин. Утро здесь начинается медленно: туман над рекой, запах влажного дерева, первые рыбаки на берегу. Это не романтизация деревенского прошлого. Это просто другой режим существования, который городской человек к сорока начинает ценить острее, чем в двадцать. Тишина в Калязине не пустая. Она плотная, настоявшаяся — та, которую в мегаполисе не купить ни за какие деньги и не организовать никаким приложением. Именно за ней сюда и едут. Это честный обмен: несколько часов дороги за несколько часов настоящего покоя», — размышляет, завершая разговор, Ярослав Климов.
