«Побеждает тот, кто решительнее». Историк — о ключевых обстоятельствах, определивших путь Фиделя Кастро

13 августа исполняется 100 лет со дня рождения кубинского лидера Фиделя Кастро. Его имя навсегда вошло в коллективную память человечества и стало синонимом кубинской революции. Историк подготовил для читателей MIR24.TV ответы на самые актуальные в XXI веке вопросы о Команданте.

Суд истории

«История меня оправдает!» — заявил 27‑летний Фидель Кастро 16 октября 1953 года на судебном заседании, где он выступал в качестве обвиняемого по делу о штурме казарм Монкада в Сантьяго‑де‑Куба. Атака была совершена под его предводительством 26 июля того же года небольшой группой революционеров.

Кастро имел юридическое образование, поэтому отказался от услуг адвокатов и самостоятельно подготовил речь в свою защиту. Судей она не убедила: лидера восстания приговорили к 15 годам тюремного заключения. Однако спустя два года он вышел на свободу по амнистии и продолжил борьбу, завершив начатое — свержение диктаторского режима Фульхенсио Батисты.

Речь Кастро стала манифестом кубинских левых революционеров — ее назвали «Программой Монкады». В 1959 году участники «Движения 26 июля» достигли своей цели.

Фидель Кастро возглавлял Кубу в общей сложности 48 лет — вплоть до 2006 года.

– Какие личные обстоятельства повлияли на формирование лидерских качеств Фиделя Кастро?

Никита Пантелеев, историк: Фидель Кастро был незаконнорожденным сыном землевладельца — по кубинским меркам это считалось клеймом. Он рос в достатке в отцовской усадьбе на востоке острова, но рядом неизменно присутствовала нищета сезонных рабочих. При этом сам он долгое время чувствовал себя чужим в собственной семье.

Деньги, задетое самолюбие и раннее столкновение с социальным неравенством стали той самой гремучей смесью, которая породила в нем одержимость необходимостью доказывать свое превосходство. Иезуитские школы привили ему дисциплину и умение удерживать внимание аудитории, спорт — физическую выносливость, а Гаванский университет, где политическая борьба нередко принимала буквально вооруженный характер, научил главному: в политике побеждает не тот, кто прав, а тот, кто решительнее.

– Какие прозвища и почему к нему «приклеились» в течение жизни?

Никита Пантелеев: У Фиделя Кастро было несколько прозвищ, и каждое несло свой смысл. «Команданте» и «Команданте эн хефе» («командующий», «главнокомандующий») подчеркивали, что его власть не была унаследована или получена через выборы — она была завоевана в ходе вооруженной революции.

«Лидер Максимо» («верховный лидер») звучало более прямо и ярко отражало персоналистский характер кубинской политики. Народное прозвище «Эль Кабальо» («Конь») ассоциировалось с физической силой и неутомимостью Кастро — хотя историки до сих пор спорят о том, как оно появилось. Существовало и домашнее, почти фамильярное прозвище — «Фифо».

Однако именно «Команданте» и «Лидер Максимо» прочно вошли в международный политический миф о Кастро.

– Остается ли он символом свободы для кубинцев даже после смерти?

Никита Пантелеев: Называть Фиделя Кастро после его смерти символом свободы «для кубинцев» было бы преувеличением — единого мнения на этот счет никогда не было и вряд ли когда‑либо появится.

Для старших поколений и убежденных сторонников революции он остается лидером, который подарил острову суверенитет: сверг диктатуру Батисты, не поддался давлению США и создал системы бесплатного образования и медицины. В то же время для эмигрантов, диссидентов и значительной части молодежи Кастро — скорее символ однопартийной системы, цензуры, репрессий и полувека несменяемой власти.

Контраст оказался особенно заметен в день его смерти: Гавана погрузилась в траур, а в Майами люди вышли на улицы праздновать. Этот контраст красноречивее любой аналитики.

Поэтому уместнее говорить не о символе свободы, а о символе Кубинской революции: одни вкладывают в это понятие смысл освобождения, другие — несвободы.

Обзор литературы и кино

– Исследования каких авторов стоит изучить, чтобы в полной мере объективно ознакомиться с жизненным путем и историческим контекстом, в котором жил Команданте?

Никита Пантелеев: Чтобы составить объективную картину, лучше обращаться к работам нескольких авторов — желательно с разными, даже противоположными взглядами.

Так, в книге Теда Шульца Fidel: A Critical Portrait представлен детальный разбор личности и политической тактики Кастро. Лестер Колтман в труде The Real Fidel Castro подходит к теме спокойнее — его взгляд отчасти продиктован дипломатическим опытом: он лично знал кубинского лидера. За широким историческим контекстом стоит обратиться к фундаментальному, хотя и объемному труду Хью Томаса Cuba: The Pursuit of Freedom.

Особого внимания заслуживает книга «Моя жизнь» — запись многочасовых бесед Кастро с Игнасио Рамоне. Ее стоит воспринимать не как биографию, а как эго‑документ: это рассказ самого Кастро о себе, а не объективный портрет.

Среди русскоязычных источников выделяется книга «Фидель Кастро» из серии ЖЗЛ, написанная журналистом‑международником Максимом Макарычевым. В ней впервые на русском языке представлена подробная биография Кастро — от рождения до наших дней. Автор использовал рассекреченные материалы СВР и МИД России, благодаря чему в книге появились факты, ранее неизвестные российскому читателю.

Не менее ценной с российской стороны считается работа Николая Леонова и Валерия Бородаева «Фидель Кастро: Политическая биография». Николай Леонов — генерал‑лейтенант КГБ в отставке, доктор исторических наук, друг Рауля Кастро и Че Гевары, а также личный переводчик Фиделя Кастро во время его визита в СССР в 1963 году. Много лет он курировал кубинское направление во внешней разведке.

– Как часто Фидель Кастро появлялся в документальном кино? И какие художественные фильмы о нем отражают наиболее полно реальные события?

Никита Пантелеев: Фидель Кастро неоднократно появлялся в документальном кино — от фрагментов кинохроники до многочасовых интервью. И это не случайно: он тонко чувствовал камеру и умел превратить любой разговор с журналистом в настоящий политический митинг.

Среди наиболее заметных работ — фильм «Comandante» Оливера Стоуна, его более ж=есткое продолжение «В поисках Фиделя», а также лента PBS «Fidel Castro».

Кубинский след в Москве

В заключение стоит отметить, что придя к власти, Фидель Кастро, наладил активное сотрудничество с СССР, несмотря на то, что двусторонние отношения были весьма непросты. К тому же, после начала перестройки и последующего развала страны экономике Кубы тоже пришлось туго. 

Тем не менее сейчас для россиян, желающих посетить свободолюбивый остров, действует безвизовый режим до 90 дней. И в Государственном музее изобразительных искусств имени А. С. Пушкина до 22 ноября можно посетить тематическую экспозицию «Кубинский плакат. 1950-1970-е. Кино и революция». Так что можно сказать, мосты, наведенные еще Фиделем Кастро между двумя странами, продолжают объединять людей.