Осторожно, серийные истцы. Как фототролли зарабатывают на чужих снимках?
Фототролли охотятся на тех, кто любит публиковать в соцсетях красивые, но чужие фотографии. Корреспондент «МИР 24» Эльмира Низамова выяснила, как на чужих снимках можно потерять не одну сотню тысяч.
Слово «троллить» происходит от английского глагола to troll – «ловить на блесну» или «тащить приманку за лодкой». Судно идет на малой скорости, а искусственная рыбка движется в воде, имитируя добычу и привлекая хищника. Но у слова «троллинг» есть и второе значение – намеренное провоцирование конфликта. Как раз в этом обвиняют фототроллей. Специализированные компании бороздят интернет в поисках улова – изображений, которые могут быть опубликованы без разрешения авторов, а затем забрасывают потенциальных нарушителей претензиями и исками о взыскании компенсаций.
Как говорил Остап Бендер, существует 400 относительно законных способов отъема денег. По данным аналитической системы СПАРК, только за 2024 год такие фототролли подали исков на полтора миллиарда рублей.
Три года назад Олеся начала продавать на маркетплейсе канцтовары. Фотографировала их и выкладывала. А через несколько месяцев получила иск почти на 600 тысяч рублей. Онлайн-площадка автоматически объединяла карточки похожих товаров в одну и подгружала туда чужие снимки.
«Мы со своей стороны могли видеть в личном кабинете только фотографии свои, которые загружали. У нас никаких этих фотографий не было. Фотографию можно было увидеть только с аккаунта покупателя. Более того, эта карточка была общая. Даже если мы эту фотографию обнаруживали, мы сами ее удалить не могли, так как это является карточкой маркетплейса».
В таких делах суд на стороне правообладателя. Раз заключили соглашение с маркетплейсом, значит взяли на себя риски, в том числе и по авторскому праву. Алена несколько лет пыталась доказать невиновность и почти разорилась.
«Это злоупотребление правом. Я так вижу. Есть доказательная база, и она не отстаивает мои права. Это обидно».
В России около 15 активных организаций-фототроллей. Работают по единой схеме. Ищут в интернете ресурсы, где опубликованы чужие фотографии. Затем находят авторов и предлагают им уступить или передать в доверительное управление права на снимки. А владельцам сайтов рассылают претензии с требованием возместить ущерб.
Рыбакам увеличить улов помогает эхолот – с его помощью можно увидеть, кто и где скрывается под толщей воды. А фототролли используют машинное зрение – технологии автоматического мониторинга и сканирования изображений.
«По аналогии с музыкальным произведением. Любое фотографическое изображение делится на высокие, средние и низкие частоты. Средние частоты – это то, куда метки наносятся. Это, допустим, складки на одежде. Они при сжатии не трогаются и распространяются на всю картинку. Если мы кадрирование используем или вынесем отдельные элементы этой картинки, все равно это будет считываться и понятно, что это заимствованная картинка. Есть также еще и водяные знаки, которые наносят, но они не эффективны, потому что их легко удалить».
Автор есть у каждой фотографии: и в цифровой среде, и в витринах магазинов. Если используешь чужое изображение в коммерческих целях, нужно платить. И не важно, кто ты или что: предприниматель, СМИ, школа, детский сад или просто пользователь социальной сети, который украсил страницу красивым снимком.
По Гражданскому кодексу России вместо возмещения убытков правообладатель может требовать выплаты компенсации в твердом размере – от 10 тысяч до 10 миллионов рублей, или же в размере двукратной стоимости права использования произведения, то есть рыночной цены, за которую нарушитель должен был купить лицензию на изображение.
За несколько лет Марии пришло более 10 претензий на сумму около миллиона рублей. Ответственность с себя не снимает – нарушения были, но наказание несоразмерно.
«Когда одна фотография висит несколько лет на какой-то площадке – это не значит, что она весь этот срок приносит деньги, как те коэффициенты, которые заявляют истцы. Вопросы и к документам. Все мои дела – это скриншоты».
«В большинстве своем суммы компенсаций сильно завышены и не отражают реальную стоимость прав, о которых они заявляют. Там сам автор-то небольшие суммы получает, на самом деле, около 500 рублей, как показывает практика, а остальные суммы забирают уже сами эти компании».
В интересах Сергея Толмачева было взыскано 5 млн 600 тысяч рублей, из них фотограф получил 1 млн – это меньше 18%. Впрочем, его условия устраивают.
«Я такой же предприниматель, как и все. Трачу много сил, энергии, вкладываю много средств, закупается оборудование, арендуется студия, и очень обидно, что в конечном итоге люди используют эти фотографии бесплатно».
Представители компании не скрывают: за несколько лет взыскали свыше 400 миллионов рублей. Каждый месяц обнаруживают до двух тысяч фактов использования изображений.
«Около 58% дел урегулируются до суда, то есть пользователь подтверждает факт нарушения на досудебной стадии. Если пользователь подтверждает легальность использования изображения, например, лицензией или договором с агентством, то претензия может быть отозвана и на досудебной, и на судебной стадии. По данным на 2026 год, таких случаев около 3% от общего количества претензий».
У Ирины есть лицензия на фотографию. Она купила ее на зарубежном стоковом сервисе, но избежать тяжб не удалось.
«Так как с 2022 года платить фотостоку нет возможности картами РФ, я нашла знакомого, у которого была карта заграничного банка, и попросила его. Кинула необходимые фотографии, ссылки, и он мне их оплатил. Лицензию, когда я им отправила, мне ответили: «Да, лицензия есть, но не на ваше имя».
Стоковый сервис – это своего рода магазин изображений. Фотографы и дизайнеры сами размещают свои работы. А пользователи платформы могут скачивать их вполне легально за деньги или бесплатно.
«Фототролли фототроллям рознь. Есть компании, которые берут фотографов и помогают защищать права, а есть фототролли, которые с целью максимизации своей прибыли идут на спорные вещи. Выкладывают фотографии на фотостоке, люди ее покупают, потом фототролли удаляют эту фотографию и приходят с претензиями и исками. Иногда бывает так, что фотографии на фотостоки попадают без разрешения фотографов. Как мы можем себя обезопасить: сохранять данные о приобретении фотографии – какую, на каких условиях и что пользователь мы».
Дела о нарушении авторских прав, как правило, рассматривают в порядке упрощенного судопроизводства: удаленно, без вызова сторон по документам.
«Самый порочный метод – накрутка юридических расходов. Серийный истец требует 50 тысяч за одно изображение и тем самым завлекает в суд. Что происходит в суде: истец сам снижает до 10 тысяч рублей, при этом накручивает юридические расходы до 40 тысяч. Получается, то на то и выходит, но он лишает ответчика возможности взыскать с него компенсации», – отметил основатель платформы противодействия правовому экстремизму Антон Дмитриев.
В начале года вступили в силу поправки в Гражданский кодекс. Теперь у ответчика больше шансов снизить размер компенсаций.
«Если нарушитель не знал и не должен был знать, что он допускает нарушение исключительных прав, если нарушение было совершено впервые и это подтверждается доказательствами, если нарушение было совершено не при осуществлении предпринимательской деятельности», – рассказал член правления и председатель правовой комиссии Российского союза туриндустрии, юрист Георгий Мохов.
Так законодатели пытаются остановить профессиональных сутяжников, но при этом защитить честных фотографов. Ведь, как ни крути, чужой труд должен быть оплачен. А незнание закона не освобождает от ответственности.
Чтобы не попасть на крючок серийных истцов, соблюдайте авторское право: используйте изображения только с письменного разрешения фотографов, а на стоковых сервисах внимательно проверяйте лицензии. Но самый верный способ обезопасить себя – публиковать только собственные снимки.